Воскресенье, 19.11.2017, 00:28
Приветствую Вас Гость | RSS

|Глеб & Бекря| и Фанфикшн

[ Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS ]
Страница 1 из 11
Модератор форума: Savarna, zluka, Abra_Kadabra 
Форум » Творческий раздел » Слэши » На суд людской. Комментарии приветствуются.
На суд людской. Комментарии приветствуются.
Saint-hellДата: Понедельник, 21.11.2011, 19:38 | Сообщение # 1
Рядовой
Группа: Пользователи
Сообщений: 1
Статус: Offline
Автор: Saint-hell
Название: Backbone chords - Аккорды позвоночника
Категория: Слэш
Рейтинг: NC-17
Пейринг: Вадим Самойлов/Глеб Самойлов
Размер: Вот уж не знаю. Может миди.
Предупреждение: Инцест
Комментарии: Стих мой, буквы мои, все остальное - нет. Редкостная трава, написанная на одном дыхании.

У нас с тобой надежды нет,
Как нет и оправданья.
Мы поднимаемся чуть свет,
Мы ищем увяданье.
Для нас погибель и святынь –
Одно и то же слово.
И я шепчу тебе: «Остынь,
Или все будет снова»

За окном была темень. Непроглядная, мутная, злобная темень, какая обычно и бывает в середине декабря. Ветер выл в старых оконных рамах, дребезжал в стеклах. Вадим сидел на кухне и курил, стряхивая пепел в грязную чашку.

Ему ничего не хотелось делать. От ежедневных занятий гитарой болели пальцы, да и вообще ему надоело все это однообразие. Он мечтал о собственной группе, но с таким же успехом он мог мечтать о дорогущей машине или выигрыше в лотерею – невозможно.

Глеб вернулся из школы час назад и сразу же упал на кровать и заснул. Бог знает, чем его так достает школа, но он постоянно злился и выходил из себя, когда речь заходила об учебе. А сейчас он спал, и Вадим старался не раскачиваться на стуле, чтобы тот не скрипел. Меньше всего ему хотелось видеть невыспавшегося рассерженного брата.

На улице темнело, хотя казалось, что темнее стать не могло. Прошло где-то пол часа, и казалось, что если выглянуть в окно, то тебя поглотит черная мгла, густая и голодная. Вадим вздрогнул, от холода ли, от страха ли, достал из ящика чай и поставил воду кипятиться. Чашки ему самому мыть не хотелось, поэтому он решил разбудить брата, благо тот проспал уже достаточно.

Он тихо открыл дверь в комнату и зажег свет. Глеб застонал, перевернулся на другой бок, но не проснулся. Вадим огляделся и покачал головой. Вещи опять были разбросаны, портфель лежал под шкафом, одежда валялась на полу, учебники лежали ровной стопкой, рядом с которой почему-то лежала зажигалка. Усмехнувшись, Вадим спрятал ее в карман – не хватало, чтобы братик устроил в квартире пожар, сжигая школьное имущество.

С улицы на Вадима глядела все та же черная, тягостная ночь. Он чертыхнулся и занавесил окна.

Одеяло валялось на полу. Глеб лежал, уткнувшись носом в стену, голой спиной к брату. Вадим потянулся за одеялом, а другой рукой погладил брата по спине и остановился. Позвонки на спине Глеба уж очень напоминали ему струны гитары, которую он не брал в руки уже дня четыре. Am, G, H#, Fm. Вадим дотрагивался до выступающих косточек позвоночника, стараясь не будить Глеба окончательно. В голове сразу же родилась странная, но манящая мелодия. Вадим уж было хотел пойти за гитарой, чтобы не забыть то, что родилось у него в голове, но внезапно Глеб перевернулся на спину, придавив руку Вадима к кровати.

- Мммм… Сколько времени? Я долго спал? – Глеб разлепил сонные глаза, не обращая внимания на руку Вадима.

- Хм, нет. Часа полтора. Я хотел сделать нам чай, но чашки… - Вадим прервался. До гитары ему явно уже было не дойти, а музыка все еще плясала в его голове яркими пятнами и зигзагами. Терять ее не хотелось, она подчиняла и уговаривала, приказывала и порабощала. А из музыкальных инструментов под рукой была лишь спина братца. Точнее НА руке.

Глеб наконец заметил, что лежит на чем-то неудобном, и поднял глаза на него. – Вадим, что…

Мелодия уже не прыгала, она билась в голове Вадима, разрывала его изнутри, желая оглушить собой стены, окна, все, до чего она сумела бы добраться. Он не знал, как объяснить это брату, который еще не до конца проснулся и не готов был выслушивать речи Вадима о… Он не знал даже о чем. Вадим бросил взгляд на зашторенные окна, надеясь, что густая темнота не посмеет ворваться в дом. И впился резким поцелуем в губы Глеба.

Время остановилось. Вадим видел лишь широко распахнутые, совсем не сонные глаза брата, слышал музыку, которая вступила в бой с темнотой, цветастые пятна поселились на стенах комнаты. Вадим провел языком по губам брата. Музыка зазвучала громче.

Он просунул вторую руку под спину Глеба и прижал его к себе, будто желая закрыть от всего того, что творилось в комнате. Глеб обмяк и неуверенно ответил на поцелуй. Руки Вадима плясали по его позвоночнику. Мелодия взвыла. Сотни струн ударили в темноту.

- Вадим… Я хочу… - тихо выдохнул ему в рот Глеб. И им не нужно было знать продолжение фразы.

Он нежно перевернул брата на живот и вошел в него. Глеб вскрикнул в унисон с надрывающимися звуками в голове Вадима, для которого уже не было значения, что происходит в его голове, вокруг, за окном, во всем мире. Была лишь теснота внутри Глеба, его похотливые стоны и вздохи. Вадим двигался резко, быстро, желая уничтожить все, что мешало ему слышать брата, слышать, как он кричит от удовольствия и бьется под ним. Один. Вадим обхватил руками талию Глеба, врываясь в него снова и снова. Музыка выла, стонала вслед за братьями. Два. Глеб запрокинул голову и прогнулся. Струны позвоночника исчезли. Три. Вадим провел ногтями по его спине. Мелодия подпрыгнула и снова взвыла. Глеб глухо застонал. Четыре. «Вадим». Шепот Глеба. Движения, резкие и невыносимо сладкие. Пять. «Глебушка». Член Вадима проник в Глеба до самого конца и запульсировал. Шесть. Музыка уже не выла, она взрывалась. Семь. Еще. Восемь. Не останавливайся. Девять. Глеб сжался и кончил. Мелодия превратилась в один бесконечный сладострастный вопль. Десять. Вадим с громким вскриком рухнул на спину брата и прижал его к себе.

Музыка оборвалась.

Все исчезло.

Темнота отступила.

Вадим медленно сел на кровати и прижался губами к виску Глеба. «Вот и хорошо. Все кончилось.» - прошептал он.

- Что? Что ты сказал? Подожди, не уходи, Вадик… - Глеб схватил его за руку.

- Ничего, милый мой, ничего. И чашки я сам помою. Одевайся и приходи пить чай, а то он остынет. - на губах Вадима плясала улыбка. – Все было просто прекрасно, ты даже не понимаешь насколько.

Глеб только удивленно заморгал. – Вадик, что ты…

Но тот уже ушел из комнаты.

***
Вадим стоял на кухне и мыл любимую чашку Глеба. В голове у него было пусто. За окном зажигались звезды, редкие фонари, больше не было мглы, как и не было больше музыки. За гитарой Вадим не пошел. Зачем? Ведь у него уже был лучший музыкальный инструмент на свете. Его брат.


Сообщение отредактировал Saint-hell - Понедельник, 21.11.2011, 23:55
 
Форум » Творческий раздел » Слэши » На суд людской. Комментарии приветствуются.
Страница 1 из 11
Поиск: