Понедельник, 25.09.2017, 19:57
Приветствую Вас Гость | RSS

|Глеб & Бекря| и Фанфикшн

Карта сайта

Наш опрос

Оцените мой сайт
Всего ответов: 359

Статистика


Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0

Форма входа

Каталог статей

Главная » Статьи » Авторы » ДМИТРИЙ ВОКТЕР

Honest to God i will break your heart
НАЗВАНИЕ: Honest to God i will break your heart 
АВТОР: Дмитрий Воктер 
БЕТА: Irina State 
РЕЙТИНГ: R 
ЖАНР: Angst? 
ПЕРСОНАЖИ/ПЕЙРИНГ: Глеб/Костя, Вадим/Глеб 
СТАТУС: Закончен 
РАЗМЕР: Мини 
ПРЕДУПРЕЖДЕНИЯ: OOC 
ОТ АВТОРА: Очередная хрень :D Спасибо Ире за помощь - под ее редакцией это очень даже няшно выглядит. 
ДИСКЛЕЙМЕР: написание фика преследует сугубо некоммерческие цели, все написанное является совершеннейшей выдумкой и на самом деле никогда не происходило. 

- Ну и как? Рад, что пошел со мной? - тонкие сухие губы растягиваются в неприятной улыбке. Холодные голубые глаза глядят внимательно, с подчеркнутым интересом, стараясь не упустить ни одной эмоции на чужом лице. 
Сил прервать этот зрительный контакт нет, чего уж говорить о том, чтобы встать с постели. Но желания находиться здесь нет тем более. 
Что-то надо ответить. Или уйти в душ. Надо сделать уже хоть что-нибудь. 
Каждое движение отдается нестерпимой болью во всем теле. Лишь спустя несколько томительно долгих секунд онемевшие пальцы все-таки выуживают из вороха одежды черные боксеры. 
В душ. Очиститься, смыть с себя всю эту дрянь. 

Глеб только хмыкает и безразлично пожимает плечами. Паренек-то тщедушный попался, хоть и храбрился. А жаль, с виду он казался крепче... ну, значит, сегодняшний вечер станет первым шагом на пути к становлению нормальным человеком. 
Глеб даже специально отделяет его одежду от своей и складывает неровной стопкой на диван - когда этот чудик вернется из душа, он наверняка захочет убежать отсюда как можно скорее. Без оглядки, не говоря ни слова. И останавливать его в этом никто не собирается. 


День определенно не задался с самого утра, когда Вадим, с облегчением захлопывая за собой дверь студии, вспомнил, что сегодня воскресенье. Работая двадцать лет в "Агате", он привык, что выходные дни у него бывают - при хорошем, конечно, раскладе - раз в два или три месяца, но сейчас речь шла о помощи юным дарованиям, а тут Самойлов дал себе слово хотя бы один день в неделю отдыхать от молодой шпаны. 

- Вот тебе и издержки профессии, - буркнул Вадим, садясь за стол. 
Возвращаться домой решительно не хотелось, а ехать к брату было небезопасно, поскольку Глеб с порога устроил бы скандал из-за полной неразберихи с графиком "Нашествия" - Вадим еще не сказал брату, что в этом году именно им придется открывать фестиваль. Поэтому Самойлов-старший решил провести на студии еще часа два-три, чтобы ненароком ни с кем не столкнуться, тем более что непрослушанного материала накопилось достаточно, а уже к концу этого месяца необходимо было предъявить готовый сет-лист "Рок-героя". Чувствуя поднимающуюся волну энтузиазма, Вадим запустил интернет-обозреватель и зашел на страницу с выложенными композициями. Но окунуться в работу с головой ему не удалось: раздался стук в дверь - не то что бы робкий, не то что бы громкий, - обычный такой стук. Гаркнув в ту сторону свой стандартный ответ, мужчина быстро поставил на блокировку ноутбук и повернулся лицом к двери. 
На пороге стоял молодой человек в очках, с коротко остриженным светлым ежиком волос. Роста он был среднего, телосложение имел как у давнего узника концлагеря, но в целом был довольно приятен на вид и сразу понравился Вадиму. 
- Здравствуйте, - сверкая белоснежной улыбкой, произнес субъект и аккуратно прикрыл дверь, - Я не помешаю? 
"Спрашивает так, будто здесь какая-то бдсм-оргия, а не один мирно трудящийся мужчина средних лет",- подумал Вадим и поспешил ответить: 
- Не помешаете, - он как можно вежливее улыбнулся, жестом предлагая парню присесть, - Итак, как вас зовут, откуда вы и с чем пришли? 
- Я Константин Бекрев, - парень протянул руку и крепким, уверенным движением сжал ладонь своего собеседника, - поэт, гитарист и клавишник, лидер калининградской группы "Мир Огня", - он опять выставил напоказ ослепительную улыбку, передавая Вадиму новенький CD-диск. - Здесь три самых, на мой взгляд, наших удачных композиции и запись последнего выступления в Калининграде. 
- Замечательно. Оставьте ваши координаты и я вам... 

Остаток фразы повис в воздухе - в дверном проеме нарисовалась знакомая фигура младшего брата, который тут же, с порога, не обращая никакого внимания на посетителя, начал бурно высказывать своё возмущение. 
- Ну и какого лешего ты мне ничего не сказал!? 
Вадим с трудом подавил смешок: раскрасневшийся от злости Глеб выглядит... забавно. 
- Опять! Опять вы с Мишей все решили без меня! 
- Да боже мой, Глеб, нас всего лишь передвинули на две группы вперед. 
- Да, всего лишь. Первыми! 
- Давай не сейчас? Видишь же, у меня тут молодой талант сидит. 
Мужчина недовольно скосил взгляд на этот самый талант, и, не увидев ничего, что могло бы представлять интерес, как ни в чем не бывало продолжил свои негодования: 
- Не хочу первыми! Передвиньте в середину? 
- Рехнулся? Куда я теперь буду поправки вносить? Раньше думать надо было. 
- Раньше? – Глеб буквально задохнулся от охватившего его возмущения. - Раньше!? Да ты же ни словом не обмолвился ни со мной, ни с Пионером! Ты когда вообще сказать-то собирался? Четвертого июля!? Да ты знаешь... 
- Глеб, - холодно оборвал старший брат, - заткнись и выйди отсюда на десять минут. 
Глеб зло фыркнул, всем своим видом давая понять, что этот разговор еще не окончен, но дверь с той стороны все же закрыл, от души ею хлопнув. 

Вадим устало вздохнул. День продолжался так же неудачно, как и начался.

В баре было прохладно и темно - источником освещения служили только две тусклые лампы. Под потолком витали едкие клубы дыма, с периодичностью в пять секунд раздавался звук соприкосновения стекла с деревянной поверхностью, из дальнего угла доносилась приглушенная брань - там уже час играли в покер. 
Глеб расплатился и уже собирался уйти, как рядом с ним опустился молодой парень – тот самый утренний собеседник брата. 
- Глеб Рудольфович? Здравствуйте, - чуть глуповато улыбнулся он, протягивая руку. 
"Прямо-таки само воплощение доброты и наивности", - криво усмехнулся Глеб. Самойлов протянул ладонь, и паренек энергично её затряс. 
- Меня зовут Костя. 
- Запомним, - кивнул мужчина, - Итак, Костя, ты приехал покорять столицу? 
- Не совсем... я просто пишу песни и делаю все, чтобы их услышали... 

Боже, вот ребенок. 

- Лет-то тебе сколько? - скептически хмыкнул Самойлов-младший, приближая свое лицо к лицу Кости - в помещении стало слишком шумно. 
- Двадцать семь. 
Офигеть, двадцать семь... Глеб в его годы уже перепробовал весь спектр алкогольных напитков, большую часть наркотических веществ, был женат и имел годовалого сына, а этот... интересно, у него хотя бы секс был? 
- Жена есть? Девушка? 
- Нет, я в поиске. 
- Понятно. А к Вадику ты как попал? 
- Я вас больше пятнадцати лет слушаю, - смущенно улыбаясь, признался парень, - слежу так или иначе за новостями. Увидел, что Вадим Рудольфович запускает проект... решил попробовать свои силы. 
Глеб выдавил из себя кривую улыбку: 
- Когда за дело берется мой брат, успех гарантирован. 
Парень снова лыбится во все тридцать два – Глеба это уже начинало раздражать. Его вообще всегда раздражали чересчур жизнерадостные люди. 
- Да, Вадим Рудольфович очень хороший. 
- Хороший, - кивнул Глеб, а про себя добавил - "Только вот тебе он не светит". 
И вот, когда Костя уже был готов петь дифирамбы Вадиму Самойлову, Глеб решительно хлопнул его по плечу и произнес: 
- Может, пойдем отсюда? Шумно слишком, да и неуютно как-то. 
Парень без возражений вышел за ним на улицу и лишь спустя сотню метров запоздало поинтересовался, куда они направляются. 
- В метро, Кость. Здесь до дома одна станция. 


Когда Костя возвращается из ванной - уже не хромая (видимо, решив для себя, что такого удовольствия он Глебу не доставит), с еле заметным синяком чуть ниже соска, Глеб протягивает ему одежду. 
- Можешь бежать. 
Костя садится на постель и уже принимается натягивать джинсы, как Самойлов вдруг меняет своё решение: 
- А вообще, оставайся. Утром сбежишь, сгорая от стыда. 
- Это вам нужно стыдиться. 

Нам... "мы" его полчаса назад в матрас вдавливали, а он всё "выкает". 

- Ну мне-то не стыдно. 
Костя бросает косой взгляд на мужчину. Действительно, хоть бы трусы натянул, а то стоит тут в чем мать родила. И курит уже в седьмой или восьмой раз за вечер. 

- Ты зачем пошел-то за мной? 
- Зачем и позвали, - огрызается парень, - Я ведь не знал, что вы захотите выместить на мне всю злость неизвестно за что. 
- Но ты ведь все видел, да? 
- Как вы с Вадимом целуетесь? Видел. 
-Ну так вот и заруби на своём хорошеньком носу, что он только мой. И чтобы духу твоего рядом с ним не было, понял? 
Этот простой вопрос заставляет глаза слезиться. 
- Вадим здесь ни при чем.

В квартире, которую Глеб снимает почти в центре Москвы, до жути неуютно. Всего одна комната, хоть и просторная, но какая-то холодная, и, несмотря на мебель, пустая. Штор на окнах нет - только полупрозрачные занавески. Ни одной фотографии в рамке - нет друзей? Большой кожаный диван в половину стены и кровать, на которой поместятся четверо, в одной комнате выглядят несколько... странно. 
Костя нервно хихикает, когда замечает край черной простыни, торчащий из-под покрывала, но уже в следующую секунду парень успевает лишь вскрикнуть и испуганно распахнуть глаза - Глеб яростно вжимает его в стену и жадно целует, обдавая перегаром и неприятно царапая кожу колкой трехдневной щетиной. 

Это так непривычно. В сотню раз быстрее, чем до этого было у Кости. 
Так странно, когда Глеб коленом раздвигает его ноги и расстегивает джинсы. 
Это так стыдно, когда шершавые ладони ложатся на Костины плечи и с силой давят вниз. 
Это так страшно - ведь сегодня Косте придется быть его барышней. 

Он напрасно пытается возразить что-то в перерывах между поцелуями, но передышка так коротка, что её хватает лишь на жадный глоток воздуха, а вырываться из Глебовых рук бесполезно, да и неуместно - Костя ведь сам с ним пошел... 
Он понимает, что сопротивляться уже поздно, когда Глеб толкает его на середину кровати и сам наваливается сверху.

- Значит, это из-за меня? Ты пошел со мной просто потому… что я позвал? 
Костя почти минуту ничего не отвечает. 
- У меня, конечно, и раньше были поклонники мужского пола, но... я никогда бы не подумал, что ты один из них. 
-А что, больше похоже, что я мечтаю о Вадиме?- в голосе слышится болезненный сарказм. 
-Костя, слушай, а ты представлял это как-то иначе? Цветы, конфеты, поцелуйчики в ладонь, прелюдия на четыре часа? 

У парня уже дрожат плечи, он тихо всхлипывает, но голос остается твёрдым. 
- Шли бы вы к черту, Глеб Рудольфович. 
- Нет, эту фразу я предполагал, но перед этим мне еще надо было прочитать тебе небольшую лекцию на тему того, что тебе не стоит даже пытаться претендовать на Вадима. 
Костин плач неожиданно переходит в нервный смех. 

-Так ты... ты любишь его? Своего родного брата? 
Глеб молча кивает. 
-Охренеть можно, - Бекрев уже вовсю хохочет, - С кем я связался. 
Он быстро натягивает майку и направляется к выходу. Но напоследок с легкой небрежностью бросает: 
- Ты мог бы решить, что после того, как ты силой взял меня, я сбегу, лишь бы тебя не видеть, и откажусь от участия в "Рок-герое", но такого не будет. Да и потом, не вечно же вам без клавишника выступать. Так что увидимся еще. Пока, милый, - теплые губы касаются щетины, а в следующую секунду Кости уже нет в комнате. 

Глебу требуется целых две минуты, чтобы понять, что последнее слово осталось за этим мелким щенком. 

~Конец~
Категория: ДМИТРИЙ ВОКТЕР | Добавил: lunni (02.08.2011)
Просмотров: 1085 | Комментарии: 1 | Теги: category_слэш, рейтинг_R, ВС_ГС, ГС_КБ | Рейтинг: 5.0/7
Всего комментариев: 1
1  
супер. такой Костя мне нравится.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]

Поиск